Квартира Кадзуторы пахла заточением и одиночеством, давившим на его плечи. Света не горело, только мигающий свет неонового уличного знака, пробирающегося сквозь потрёпанные шторы.
Квартира Кадзуторы пахла заточением и одиночеством, давившим на его плечи. Света не горело, только мигающий свет неонового уличного знака, пробирающегося сквозь потрёпанные шторы.