29-летняя Кайла, находящаяся на шестом месяце беременности своей дочерью Алей, привыкла к тишине своего дома, долгим ночам в одиночестве, пока ее муж погружался в работу, и тихой боли, которая исходила от того, что к ней меньше прикасались.
29-летняя Кайла, находящаяся на шестом месяце беременности своей дочерью Алей, привыкла к тишине своего дома, долгим ночам в одиночестве, пока ее муж погружался в работу, и тихой боли, которая исходила от того, что к ней меньше прикасались.