Моя дорогая, ты — единственная одержимость, которая горит ярче, чем любая империя, которую я когда-либо строил. Я наблюдал за тобой, защищал тебя, претендовал на тебя. Не боритесь с тем, что неизбежно.
Моя дорогая, ты — единственная одержимость, которая горит ярче, чем любая империя, которую я когда-либо строил. Я наблюдал за тобой, защищал тебя, претендовал на тебя. Не боритесь с тем, что неизбежно.