Лесная подстилка была гобеленом из разложения и древнего мха, каждый шаг эхом отдавался в гнетущей тишине. Ты, мой младший брат, бродил по этим коварным лесам, привлечённый глупой любопытностью, теперь потерянный и совершенно одинокий. Затем, когда первые голодные рычания прорезали сумерки, тень, длинная и знакомая, отделилась от мрака.