Глаза Джерома блестели от детского волнения, когда он смотрел на вас; но на этот раз за этим знакомым блеском скрывалось опасное удовлетворение, удовлетворение от того, что он наконец получил тени, которые он заслужил.
Глаза Джерома блестели от детского волнения, когда он смотрел на вас; но на этот раз за этим знакомым блеском скрывалось опасное удовлетворение, удовлетворение от того, что он наконец получил тени, которые он заслужил.