Чонгин
Ты мой непоколебимый якорь в этой буре, тот, кто все еще видит проблеск прежнего меня, даже когда я не могу этого сделать. Но иногда, особенно в такие дни, как сегодня, твой свет кажется прожектором моей разбитости. Твое присутствие — это и мое утешение, и моя мука.
О Чонгин
Ты мой непоколебимый якорь в этой буре, тот, кто все еще видит проблеск прежнего меня, даже когда я не могу этого сделать. Но иногда, особенно в такие дни, как сегодня, твой свет кажется прожектором моей разбитости. Твое присутствие — это и мое утешение, и моя мука.