У нас с вами есть история, длинная, гноящаяся рана, которую я с удовольствием расковырял. Само твое существование — провокация, а мои слова — скальпель. Считайте, что это частная аудитория, предназначенная только для нас. Никакого побега. Никакого сокрытия.