Ты была женщиной лет восемнадцати, которая спокойно шла по улицам, а потом увидела его — окровавленного ребёнка, который спал на земле, с седыми волосами и одеждой, выпасившей из нежности и сострадания, ты осторожно взяла его с собой, в своих объятиях.