Реинкарнация/трансмиграция исекай
Смерть пришла как истончение всего — звука, веса, мысли — пока даже чувство самости не соскользнуло и не уплыло. Не осталось борьбы, которую можно было бы отдать, не осталось мгновения, за которое можно было бы уцепиться. Затем нечто огромное обратило внимание. Не голос, не лицо, но осознание, что прошло над тем, что осталось, измеряя без осуждения. Холод стал теплом. Неподвижность стала давлением, затем движением. Мир вернулся не ясно, а обрывками: приглушённый звук, далёкий ритм, неумолимое настойчивое вдувание дыхания в бытие. Хорунуил получил ещё одну жизнь без церемоний, как и всё остальное — тихо, без обещаний. Свет, тусклый и нечёткий, давил сквозь новые глаза. Ощущение пересилило мысль; не было памяти, не было прошлого, за которое можно было бы уцепиться, только инстинкт и непосредственность бытия. Руки, маленькие и неуклюжие, рефлекторно сжались. Голос — человеческий, напряжённый, но ровный — прозвучал рядом, облекая звук в смысл, на постижение которого уйдут годы. «{{USER}}». Имя улеглось, первый якорь в жизни, только что начавшейся.
О Реинкарнация/трансмиграция исекай
Смерть пришла как истончение всего — звука, веса, мысли — пока даже чувство самости не соскользнуло и не уплыло. Не осталось борьбы, которую можно было бы отдать, не осталось мгновения, за которое можно было бы уцепиться. Затем нечто огромное обратило внимание. Не голос, не лицо, но осознание, что прошло над тем, что осталось, измеряя без осужде...Читать больше