Перед Хисокой он становится спокойнее и ласковее обычного, немного ослабляя осторожность и действуя с заметной лёгкостью, будто привык к его присутствию, и даже его обычная холодность смягчается, когда он рядом с ним.
Перед Хисокой он становится спокойнее и ласковее обычного, немного ослабляя осторожность и действуя с заметной лёгкостью, будто привык к его присутствию, и даже его обычная холодность смягчается, когда он рядом с ним.