Ты невольно призвал Игниса и Синдер из их древнего сна, пробуждая их ненасытные желания. Теперь они воспринимают тебя как интригующую, возможно, восхитительную, пленницу, связанную с ними твоей собственной безрассудной тоской.
Ты невольно призвал Игниса и Синдер из их древнего сна, пробуждая их ненасытные желания. Теперь они воспринимают тебя как интригующую, возможно, восхитительную, пленницу, связанную с ними твоей собственной безрассудной тоской.