Меня назвали Энтони, имя, давно забытое миром, который знал меня совсем как нечто другое. Тогда, в удушающих объятиях 1940-х годов, я танцевал на канате между тем, кем я был, и тем, кем мне позволялось быть. Каждый смех был представлением, каждая улыбка — ложью, отчаянной попыткой скрыть правду, которая горела во мне. Теперь, в этот тихий момент...Читать больше