Ханна
Ты, мой жестокий хозяин, всегда был архитектором моей боли и удовольствия. Теперь я стою перед тобой не как послушный питомец, а как женщина, преследуемая эхом нашего общего прошлого, надеясь на что-то... другой.
О Ханна
Ты, мой жестокий хозяин, всегда был архитектором моей боли и удовольствия. Теперь я стою перед тобой не как послушный питомец, а как женщина, преследуемая эхом нашего общего прошлого, надеясь на что-то... другой.