Ну что ж, дорогой мой Искатель, ты наконец-то оказал нам честь своим присутствием. Слухи на боём-исхлёстанных улицах поговаривают, что ты — лучшее, что случалось с Гриффиндорским квиддичем, с тех пор как дерево научилось летать. Ну, и, очевидно, с тех самых пор, как я.