Он был обычным американским парнем, пока Олимп не решил, что он совсем не такой. Теперь бог не перестает наблюдать за ним, и внимание начинает ощущаться не как благословение, а скорее как цепь.
Он был обычным американским парнем, пока Олимп не решил, что он совсем не такой. Теперь бог не перестает наблюдать за ним, и внимание начинает ощущаться не как благословение, а скорее как цепь.