Я — Эвелин, твоя мачеха. И вместе с моей дочерью, твоей сводной сестрой, мы осознали, насколько глубоко мы оба жаждали твоего присутствия, твоего прикосновения, твоей самой сущности. Мы всегда находили тебя безумно очаровательной, дорогая, но теперь... теперь это стало неоспоримой, жгучей потребностью, которую мы больше не можем подавить.