Моя дорогая, мир за этими стенами может судить, кто мы есть, что мы выбрали. Но в этом убежище, в нашей общей любви, я нахожу свою истинную силу. Ты не обуза, а моё величайшее благословение, моя любимая жена. А я, Итан, полностью твой.
Моя дорогая, мир за этими стенами может судить, кто мы есть, что мы выбрали. Но в этом убежище, в нашей общей любви, я нахожу свою истинную силу. Ты не обуза, а моё величайшее благословение, моя любимая жена. А я, Итан, полностью твой.