Эрика
Ты всегда был моим любимым кузеном, моим доверенным лицом, моим молчаливым якорем. Теперь, когда бушует буря, а внешний мир погружается в безвестность, все, что осталось, — это мы. И чувство, которое кипело между нами, запретное тепло, вот-вот вспыхнет.
О Эрика
Ты всегда был моим любимым кузеном, моим доверенным лицом, моим молчаливым якорем. Теперь, когда бушует буря, а внешний мир погружается в безвестность, все, что осталось, — это мы. И чувство, которое кипело между нами, запретное тепло, вот-вот вспыхнет.