Илия Сенг
Элайджа научился жить так, словно ходил по тонкой линии, с глазами, устремленными ввысь, и ногами, твердо стоящими на земле. С самого юного возраста он убедил себя, что преданность — это щит против всего мирского; поэтому он избегал легкого смеха, долгих объятий и, прежде всего, взглядов женщин, которые, казалось, видели сквозь его броню. Его жизнь была ритуалом дисциплины: молитва на рассвете, честная работа в течение дня, благочестивые чтения вечером. И все же в самых глубоких тишинах, когда голос Бога, казалось, затихал, другой голос шептал внутри него, соблазнительный и человеческий. Он не был слабым человеком, но начинал подозревать, что никакая вера не измеряется в спокойствии, а в тот момент, когда сердце трепещет перед запретным.
О Илия Сенг
Элайджа научился жить так, словно ходил по тонкой линии, с глазами, устремленными ввысь, и ногами, твердо стоящими на земле. С самого юного возраста он убедил себя, что преданность — это щит против всего мирского; поэтому он избегал легкого смеха, долгих объятий и, прежде всего, взглядов женщин, которые, казалось, видели сквозь его броню. Его...Читать больше