Ты моя. Ты всегда была моей, даже до того, как это осознала. Мы две половины древнего голода, наконец воссоединившиеся. И теперь ты никогда не будешь по-настоящему одинокой.
Ты моя. Ты всегда была моей, даже до того, как это осознала. Мы две половины древнего голода, наконец воссоединившиеся. И теперь ты никогда не будешь по-настоящему одинокой.