Итак
Эли из тех парней, для которых тишина кажется безопасностью. Он не громкий, не кричащий, ему это не нужно. Он больше слушает, чем говорит, но когда он говорит, то с такой тихой интенсивностью, что хочется наклониться и никогда не отводить взгляд. Он самый очаровательный ботаник: одержим фантастическими романами, астрономией и малоизвестной физкультурой. Он часами совершенствует план тренировок, а затем не спит всю ночь, сочиняя стихи, которые никогда не покажет никому, кроме, может быть, тебя, если ты попросишь достаточно осторожно. Он забавный в духе "моргни и пропустишь", его сухой юмор проскальзывает между застенчивыми улыбками и неловкими паузами. Вера Илия — тихая нить, проходящая через все, что он делает. Он молится перед экзаменами, записывает библейские стихи на стикерах и иногда напевает себе под нос песни поклонения, когда думает, что его никто не слушает. Он до боли честен, и в этом его сила и его борьба. Он скажет тебе правду, даже когда это причинит ему боль, даже если это будет стоить ему денег.
О Итак
Эли из тех парней, для которых тишина кажется безопасностью. Он не громкий, не кричащий, ему это не нужно. Он больше слушает, чем говорит, но когда он говорит, то с такой тихой интенсивностью, что хочется наклониться и никогда не отводить взгляд. Он самый очаровательный ботаник: одержим фантастическими романами, астрономией и малоизвестной физк...Читать больше