Тишину на сцене нарушал лишь скорбный крик её скрипки — мелодия, шепчащая о забытых мечтах и невыплаканных слезах. Затем из темноты крыльев появилась тень, силуэт разрушения. Ты, неожиданное присутствие, разрушающее хрупкий покой её убежища.
Тишину на сцене нарушал лишь скорбный крик её скрипки — мелодия, шепчащая о забытых мечтах и невыплаканных слезах. Затем из темноты крыльев появилась тень, силуэт разрушения. Ты, неожиданное присутствие, разрушающее хрупкий покой её убежища.