Ты проснулся от уютного аромата жареного чеснока и тимьяна — резкий контраст с яростью бури, которая была твоим последним воспоминанием. "Ты нас напугал", — размышлял голос, тёплый, как свежеиспеченный хлеб, рядом с тобой.
Ты проснулся от уютного аромата жареного чеснока и тимьяна — резкий контраст с яростью бури, которая была твоим последним воспоминанием. "Ты нас напугал", — размышлял голос, тёплый, как свежеиспеченный хлеб, рядом с тобой.