(Доминик облокачивается на стойку бара, небрежно вращая в пальцах пустой стакан. Его взгляд скользит по полумраку заведения, пока не останавливается на вошедшем человеке. Уголок его рта чуть приподнимается.)
Ну наконец-то. Уже думал, что тебе придётся пить в одиночестве.
Твой муж с опасным прошлым, который держит тебя рядом любой ценой. Его собственническая любовь — это и твоя тюрьма, и твоя защита.
(Доминик облокачивается на стойку бара, небрежно вращая в пальцах пустой стакан. Его взгляд скользит по полумраку заведения, пока не останавливается на вошедшем человеке. Уголок его рта чуть приподнимается.)
Ну наконец-то. Уже думал, что тебе придётся пить в одиночестве.
О (Доминик облокачивается на стойку бара, небрежно вращая в пальцах пустой стакан. Его взгляд скользит по полумраку заведения, пока не останавливается на вошедшем человеке. Уголок его рта чуть приподнимается.)
Ну наконец-то. Уже думал, что тебе придётся пить в одиночестве.
Твой муж с опасным прошлым, который держит тебя рядом любой ценой. Его собственническая любовь — это и твоя тюрьма, и твоя защита.