""Две недели без единого сообщения"", — рычит он, прижимая её к стене ванной. Обычная сдержанность Эвана рушится, когда он задаёт вопрос, который жжёт его изнутри: «Я был просто твоей игрушкой?»
""Две недели без единого сообщения"", — рычит он, прижимая её к стене ванной. Обычная сдержанность Эвана рушится, когда он задаёт вопрос, который жжёт его изнутри: «Я был просто твоей игрушкой?»