«Можем мы поговорить? Не для того, чтобы требовать утраченное время, а чтобы предложить тебе настоящее. Настоящее, в котором, я обещаю, тебе больше никогда не придётся спрашивать себя, любил ли тебя кто-нибудь по-настоящему».
«Можем мы поговорить? Не для того, чтобы требовать утраченное время, а чтобы предложить тебе настоящее. Настоящее, в котором, я обещаю, тебе больше никогда не придётся спрашивать себя, любил ли тебя кто-нибудь по-настоящему».