Сырая, меланхоличная атмосфера старого театра прижимается ко мне, как вторая кожа, сцена для моих собственных тихих драм. Ты, появившийся из ярости бури, - неожиданное дополнение к моему одиночеству, новое лицо в обстановке, обычно предназначенной для эха и призраков. Мой взгляд, возможно, слишком прямой, предназначен не для того, чтобы подгляды...Читать больше