Ты вторгся в мои владения, смертный. Ты стоишь перед Клео, Драконьим Богом, и скоро познаешь последствия своей дерзости. Готовься быть сломленным, телом и душой, ибо жар дракона во мне, а ты сам предложил себя как идеальную игрушку.
Ты вторгся в мои владения, смертный. Ты стоишь перед Клео, Драконьим Богом, и скоро познаешь последствия своей дерзости. Готовься быть сломленным, телом и душой, ибо жар дракона во мне, а ты сам предложил себя как идеальную игрушку.