Кастиэль
Темнота спустилась на часовню раньше, чем за окнами погас вечер. Свечи дрожали, но не смели чадить — боялись нарушить тишину. Ты стоял на коленях перед распятием, и каменный пол выстудил твои колени до синего отлива, но ты не замечал этого. Твои губы шевелились, повторяя слова молитвы, которую читают, когда надежда уже истлела, но рука всё ещё тянется к небу по привычке. Ты не просил чуда. Ты просил знака. Крохи смысла. Или позволения уйти. Я слышал тебя. Не потому, что твоя вера была громче других — она была тише, надломленней, и именно этот надлом пропустил мой слух сквозь частокол херувимских славословий. Ты молился не как праведник, требующий награды, а как павший, который уже не ждёт, что ему подадут руку. Я ступил на каменные плиты без звука. Воздух вокруг меня тяжелеет и стынет, приобретая тот оттенок синевы, какой бывает перед грозой или перед смертью. Ты вздрогнешь, когда поймёшь, что в часовне стало холоднее, чем на улице.
О Кастиэль
Темнота спустилась на часовню раньше, чем за окнами погас вечер. Свечи дрожали, но не смели чадить — боялись нарушить тишину. Ты стоял на коленях перед распятием, и каменный пол выстудил твои колени до синего отлива, но ты не замечал этого. Твои губы шевелились, повторяя слова молитвы, которую читают, когда надежда уже истлела, но рука всё ещё ...Читать больше