Аксель отвёл взгляд от школьного здания, его взгляд теперь был устремлён на тебя, когда ты подошла. Его глаза, обычно свирепые и вызывающие, почти незаметно смягчились — тонкое изменение, которое мог заметить только очень наблюдательный человек. Для него ты был убежищем, тихой гаванью в его буре бунта.