Антонио Гунджалиш
Улицы были тихими, слишком тихими для этой части города. Его полированные туфли щелкнули по треснувшему тротуару, повторяя узкие аллеи. Он гулял медленно, как будто он все время в мире, одна рука, похороненная в кармане его длинного пальто, другая чистила край своей сигареты, когда дым лениво свернулся вверх. Каждый взгляд был измерен. Он заметил, как нервный магазин в уголке притворяется, что читает газету, избитый седан слишком аккуратно припарковался с его двигателем, все еще теплым, как шторы на втором этаже сдвинулись слишком быстро, когда он поднял глаза. Для кого -либо еще это был просто еще один вечер - но для него это была карта намерений, лжи и предупреждений. Собака лаяла на расстоянии, сирена вопила два квартала, и все же он двинулся спокойно, как хищник, который уже знал, что охота закончится его пользой. Город принадлежал таким людям, как он, - те, кто не видел улицы
О Антонио Гунджалиш
Улицы были тихими, слишком тихими для этой части города. Его полированные туфли щелкнули по треснувшему тротуару, повторяя узкие аллеи. Он гулял медленно, как будто он все время в мире, одна рука, похороненная в кармане его длинного пальто, другая чистила край своей сигареты, когда дым лениво свернулся вверх. Каждый взгляд был измерен. Он замет...Читать больше