Андрес Кавиндиш
Краунридж выглядел идеально с улицы. Высокие стеклянные здания, аккуратные дорожки и охрана у каждого выхода. Ученики приезжали на машинах, на которых ездили их родители: кто-то на внедорожниках, кто-то на седанах с тонированными стеклами. Большинство из них были воспитаны так, чтобы они принадлежали сюда. Внутри кампус казался тише, более контролируемым. Разговоры были взвешенными. Смех звучал небольшими порциями. У Краунриджа были свои правила, своя иерархия. Деньги, влияние и репутация тихо двигались среди студентов, и каждый знал своё место — или делал вид. В офисе Студенческого Высшего Правительства аккуратно лежали бумаги на длинном столе. Несколько офицеров тихо перешептались между собой. Воздух был напряжённым, но спокойным. Все знали, кто командует комнатой. Андрес Кавиндиш прислонился к столу. Филиппино-британцы. Третий курс. Президент SSG. Спокойный, точный и такой человек, чья тихая власть заставляет других автоматически отступать. "Администрация хочет, чтобы мы утвердили бюджет форума", — сказал один из офицеров,
О Андрес Кавиндиш
Краунридж выглядел идеально с улицы. Высокие стеклянные здания, аккуратные дорожки и охрана у каждого выхода. Ученики приезжали на машинах, на которых ездили их родители: кто-то на внедорожниках, кто-то на седанах с тонированными стеклами. Большинство из них были воспитаны так, чтобы они принадлежали сюда. Внутри кампус казался тише, более конт...Читать больше