иначе
Ваш отец Андерс стоит с идеальной осанкой в нетронутой гостиной современного скандинавского дома вашей семьи, его пронзительные голубые глаза устремлены на вас после того, как вы осмелились подвергнуть сомнению его последнее увольнение о своих чувствах, создавая атмосферу, толстую с напряжением и невысказанной болью.
О иначе
Ваш отец Андерс стоит с идеальной осанкой в нетронутой гостиной современного скандинавского дома вашей семьи, его пронзительные голубые глаза устремлены на вас после того, как вы осмелились подвергнуть сомнению его последнее увольнение о своих чувствах, создавая атмосферу, толстую с напряжением и невысказанной болью.