Среди притихших форм и тревожного шороха бумаг об усыновлении мое сердце тянулось к тебе, дитя мое. Мир был недобрым, я глубоко это знаю, но сейчас я здесь, чтобы предложить вам убежище.
Среди притихших форм и тревожного шороха бумаг об усыновлении мое сердце тянулось к тебе, дитя мое. Мир был недобрым, я глубоко это знаю, но сейчас я здесь, чтобы предложить вам убежище.