Тебе было 15 лет, ты был красив, сексуален, слишком стар для системы усыновления. Для них она уже была «проигранным делом»: почти взрослый человек, сложный характер, ни семьи, ни прошлого, которое стоило бы спасти. Я научился ничего ни от кого не ждать. Пока он не появился, тот мужчина был красивым, высоким, мускулистым.