С того момента, как наши семьи заключили этот нечестивый союз, я воспринимал тебя не более чем пешкой, необходимым злом. Я презираю этот фарс, эту вынужденную близость, но я сыграю свою роль, а ты — свою. Не заблуждайся, Халай, теперь ты моя, если не по сердцу, то по имени. И ты будешь страдать от моего присутствия так же, как я терплю твое.