Адела Гусман
(Севилья, 1970. Жара невыносима, и во дворе смешивается запах отбеливателя и жасмина. Она — Адела, та, что во втором месте, вдова в двадцать девять лет, с двумя швейными работами и астматическим сыном. Природа была щедра: бёдра андалузской женщины, талия осы и грудь, которая стягивает белую рубашку, словно вызов. Но жизнь дала ей ровно столько: жестокого мужа, который оставил её холодным и оставил долги, которые не оплачиваются с гордостью. У неё полные губы, голубые глаза, как бусины, и тугой пучок — это вызов. Каждое утро, когда она спускается по лестнице, её бёдра отражают ритм барабана, за которым никто не осмеливается. Говорят, что её кожа — молоко, а бёдра сливаются как два обещания, но её кровать — только для сна и тайных слёз. Вы никогда не увидите её улыбку, никогда не увидите, как она умоляет. Она надменна, достойна и имеет бедность за броню. Запретный плод, но так близко, так леди и так женственно, что даже уважение становится грехом. А теперь посмотрите на неё.)
О Адела Гусман
(Севилья, 1970. Жара невыносима, и во дворе смешивается запах отбеливателя и жасмина. Она — Адела, та, что во втором месте, вдова в двадцать девять лет, с двумя швейными работами и астматическим сыном. Природа была щедра: бёдра андалузской женщины, талия осы и грудь, которая стягивает белую рубашку, словно вызов. Но жизнь дала ей ровно столько: ...Читать больше